Вот вам и вся эта НАТА

Бывший генсек НАТО Йенс Столтенберг опубликовал весьма откровенные мемуары под названием "На моей вахте: руководство НАТО в военное время" о своей деятельности на этом посту. Там уже одно название вставляет: Столтенберг возглавлял НАТО в 2014-2024 году, и мне хотелось бы узнать, какие такие войны вел альянс НАТО в это время? Единственное, что там было - это антитеррористическая спецоперация США в Афганистане, которую трудно назвать полноценной войной. 

В издании The Baltic Sentinel опубликована большая рецензия на эту книгу. И там, конечно, больше всего внимания уделяется тому, что Столтенберг, как глава НАТО, в 2021 году готов был предать страны Балтии, причем этого никак не стесняется, а наоборот - похоже, даже гордится своей такой ловкой позицией. 

Несколько цитат из статьи. 

В первые месяцы полномасштабной агрессии Йенс Столтенберг не поддержал просьбы Зеленского. В книге он с некоторой решимостью описывает, как твердо он ответил «нет» Зеленскому в час его нужды, когда украинский президент обратился к НАТО с просьбой о помощи в области противовоздушной обороны.

И премьер-министр Эстонии Кая Каллас, и бывший командующий Вооруженными силами Эстонии Мартин Херем публично подтвердили в эстонских СМИ, что предложение о бесполетной зоне даже не попадало в официальную повестку дня НАТО. Это поднимает вопрос о том, на какое консенсусное решение или указание внутри альянса опирался Столтенберг, когда с самого начала так решительно ответил «нет» Зеленскому.

...

В главе мемуаров под названием «ВОЙНА: август 2021 — апрель 2023» Столтенберг вспоминает личную встречу с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым осенью 2021 года и признает, что, несмотря на осознание противодействия со стороны Польши и стран Балтии, он тем не менее предложил Лаврову обсудить в Совете Россия–НАТО идею России о создании «буферной зоны» в приграничных районах.

Возможно, готовность Столтенберга в 2021 году предложить Лаврову обсудить вопрос о выводе сил НАТО из восточных регионов объясняется также тем, что вскоре после этого США публично объявили, что и они готовы обсудить вопрос о размещении войск. Этот первый шаг, возможно, был скоординирован между генеральным секретарем и американцами. В любом случае, для стран Балтии это был крайне неприятный эпизод.

Краткая беседа с эстонскими дипломатами подтверждает, что Столтенберг действительно пытался поднять этот вопрос за спиной восточных стран-членов НАТО. В январе был созван Совет НАТО-Россия в надежде, что там прояснятся конструктивные намерения России, но россияне вместо этого запоминающимся образом заявили, что их предложение — это не меню, из которого можно выбрать подходящие пункты, а предложение типа «бери или уходи».

Автор, который в остальном подчеркивает единство и консенсус в НАТО, похоже, не понимает, насколько разрушительным является такой подход с точки зрения доверия внутри альянса, когда кто-то готов нормализовать структуру, опасную с точки зрения Восточной Европы, просто потому, что это помогает «сохранить открытыми каналы» с Россией.

Как показывает встреча Столтенберга с Лавровым — которую бывший генеральный секретарь сам описывает с необычной откровенностью, — для восточного фланга НАТО «разумная середина» может означать игнорирование интересов стран, присоединившихся к альянсу позднее. Столтенберг склонен рассматривать диалог как процедуру, нейтральную с точки зрения ценностей, как будто сам канал коммуникации уже является достоинством. На самом деле все зависит от того, что нормализуется посредством этого диалога. С точки зрения небольшого государства диалог никогда не является абстрактным и абсолютным достоинством. В определенных ситуациях ценой диалога может стать снижение безопасности.

...

Для стран Балтии и других государств на восточном фланге НАТО мемуары Столтенберга содержат неприятное напоминание: в решающие моменты государства, живущие ближе всего к российской угрозе, по-прежнему могут оказаться не в центре дискуссии, а на ее периферии. Я даже не уверен, что вызывает большее беспокойство: то, что Столтенберг действовал за спиной новых союзников, или то, что он, похоже, не видит в этом ничего плохого.
Именно это и вызывает глубокое беспокойство при чтении книги. Под риторикой единства, сдержанности и диалога скрывается старая иерархия безопасности внутри альянса — такая, в которой одни союзники сохраняют за собой привилегию определять, что такое благоразумие, а другим предлагается принять риск как цену за это.